Топливный заслон: почему правительство затягивает гайки на экспорте и чем это грозит заправкам

Правительство РФ приняло решение продолжить политику «внутреннего приоритета». 30 июля было объявлено о продлении запрета на экспорт бензина — теперь это эмбарго будет действовать вплошнем до конца января 2027 года. С дизельным топливом, судовым топливом и газойлем ситуация чуть иная, но не менее жесткая: вывоз этих ресурсов ограничен до 1 сентября 2026 года.

Логика властей понятна: внутренний рынок все еще лихорадит. Несмотря на то, что в целом по стране наблюдаются локальные улучшения — в Москве, Санкт-Петербурге, на Урале и в Сибири ажиотаж спал, а логистические узлы начали понемногу «распутываться», — эксперты сходятся во мнении, что полной стабилизации еще не произошло.

В Минэнерго подчеркивают: решение продиктовано необходимостью гарантировать наличие топлива внутри страны. Цифры говорят сами за себя: Россия производит дизельного топлива с огромным запасом — около 85 млн тонн в год при потребности всего в 46 млн тонн. Однако сейчас приоритет смещен в сторону создания резервов, особенно в период сезонного пика спроса и в интересах агропромышленного комплекса. Регулятор намерен действовать гибко: снятие ограничений будет зависеть от реальной ситуации с запасами, баланса производства и динамики цен.

Страховка на случай дефицита

Если продление запрета на бензин не стало сюрпризом для рынка, то сохранение ограничений на вывоз дизеля аналитики называют классической стратегией перестраховки. По мнению Алексея Белогорьева, директора по исследованиям Института энергетики и финансов, на рынке бензина до сих пор ощущается реальный дефицит, поэтому продление эмбарго на полгода было неизбежным шагом. Возможно, само правительство не вполне уверено, что к четвертому кварталу текущего года производство удастся вывести в «зеленую зону».

С дизельным топливом ситуация более неоднозначная. Белогорьев полагает, что ограничения могут быть сняты досрочно. Сейчас производство дизеля практически сравнялось с внутренним потреблением, и как только завершатся ремонтные работы на НПЗ, может возникнуть избыток. Если не разрешить экспорт, хранилища быстро переполнятся, что поставит нефтяников перед тяжелым выбозом: либо срочно открывать экспорт, либо снижать переработку нефти, что в условиях дефицита бензина — шаг самоубийственный.

Однако у этой медали есть и обратная сторона. Аналитик «АТК Консалтинг» Мария Стаброва предупреждает: слишком затянувшийся запрет может привести к падению загрузки нефтеперерабатывающих заводов. Эту же угрозу озвучивает и независимый эксперт Андрей Дредунов. Он отмечает технологическую взаимосвязь: если на заводах скопится слишком много дизеля, им придется сокращать переработку всей нефти, а значит — и выпуск бензина, что только усугубит дефицит.

Региональный дисбаланс и ценовые качели

Картина на заправках страны сейчас крайне неоднородная. В крупных агломерациях ситуация выправляется. Сергей Терешкин, гендиректор маркетплейса Open Oil Market, объясняет это изменением логистических схем: если раньше Москва питалась от нескольких крупных НПЗ, то теперь круг поставщиков значительно расширился.

Тем не менее, цифры Росстата за неделю с 21 по 27 июля 2026 года фиксируют тревожную динамику. Бензин АИ-92 в среднем подорожал до 73,85 руб., Ало-95 — до 79,94 руб. Дизельное топливо показало небольшое снижение (до 93,54 руб.), но общая тенденция к росту цен в регионах сохраняется. В лидерах по подорожанию — Новосибирская и Мордовия области (рост более чем на 10%), а в Марий Эл, напротив, зафиксировано снижение.

Самая тяжелая ситуация — там, где работают независимые АЗС. В таких регионах, как Юг России, Северный Кавказ, Алтайский край, Свердловская и Челябинская области, топливный вопрос стоит наиболее остро. Российский топливный союз (РТС) уже бьет тревогу: частные заправки остаются без нефтепродуктов. Причина системная: крупные вертикально интегрированные компании (ВИНК) в первую очередь снабжают свои собственные сети и выполняют гособязательства перед аграриями. Независимым игрокам остаются либо дефицит, либо заоблачные цены. Ситуацию осложнило и снижение норматива обязательных продаж на Петербургской бирже с 15% до 10%, что фактически отрезало мелких операторов от главного канала закупок.

В итоге рынок переходит в режим «ручного управления». По словам Белогорьева, биржевые котировки перестают быть адекватным индикатором, так как объемы торгов падают, а значимость крупных разовых сделок растет. Данные Национального биржевого ценового агентства подтверждают этот спад: в июле 2026 года объем реализации на Петербургской бирже составил 2,171 млн тонн, что существенно ниже показателей июля прошлого года (3,37 млн тонн).

Что нас ждет впереди?

Будущее рынка до конца года зависит от одного ключевого фактора — способности НПЗ восстановить объемы переработки. Корень нынешнего кризиса эксперты видят в ударах БПЛА по производственным мощностям. Без решения этой проблемы любые административные меры могут оказаться лишь временной анестезией.

Алексей Белогорьев предупреждает: впереди еще два месяца высокого спроса, и дефицит может перерасти в затяжной кризис, который затронет осень и зиму. Кроме того, под угрозой само существование независимых АЗС — их массовое закрытие может парализовать снабжение целых регионов.

Сценарий Марии Стабров выглядит более умеренным: она ожидает постепенной стабилизации при условии, что сезонный спрос на бензин упадет, а уборочная кампания не «съест» все запасы дизеля. Возможным подспорьем может стать и импорт, в том числе через переработку российской нефти в Казахстане.

Андрей Дредунов же настроен скептически по отношению к новым ограничениям в условиях санкций, но надеется, что власти и нефтяники смогут найти работающий механизм взаимодействия, который позволит стабилизировать рынок без ущерба для экономики.

Опубликовано: 1 августа 2026, 04:50 | Время чтения: 3 мин | Теги: правительство, экспорт, бензин, топливо, эмбарго