Попытки европейских государств развернуть собственные спутниковые группировки для обеспечения связи столкнулись с серьезными административными трудностями. Как сообщает издание The Wall Street Journal, стремление ЕС ускорить разработку собственных систем стало реакцией на решение главы компании SpaceX Илона Маска ограничить возможности использования сети Starlink украинской стороной.
Основной проблемой на пути реализации амбициозных планов является управленческий кризис. Эту позицию озвусил Серж Платтар, занимающий пост старшего научного сотрудника во французском Фонде стратегических исследований. По его мнению, именно сложности в руководстве процессами станут главным тормозом для европейских инициатив.
В рамках текущих планов Евросоюз уже подписал соглашения с компанией Eutelsat и еще двумя организациями. Цель этих контрактов — построение спутниковой сети IRIS2, которая должна включать 348 аппаратов. Бюджет данной инициативы оценивается примерно в 17,5 млрд долларов, а старт первых запусков ожидается не ранее 2029 года. Однако эксперты опасаются повторения сценария с навигационной системой Galileo, чей запуск в 2016 году задержался почти на десятилетие относительно первоначальных графиков. Серж Платтар указывает на то, что внутри ЕС до сих пор не достигнут окончательный консенсус по вопросам распределения финансирования и подбора субподрядных организаций для проекта IRIS2.
На текущий момент единственным европейским игроком, обладающим опытом эксплуатации низкоорбитальных спутников, выступает OneWeb, которая является дочерним предприятием Eutelsat. В ее распоряжении находится около 650 аппаратов, и к 2030 году компания планирует нарастить этот показатель до 1300 единиц. Для сравнения: группировка Starlink уже насчитывает более 11 тысяч спутников.
Аналитики The Wall Street Journal подчеркивают, что технологии OneWeb менее эффективны для украинских задач из-за использования громоздкого, тяжелого и энергозатратного оборудования. Более того, переход с систем SpaceX (Starlink или Starshield) на европейскую сеть потребовал бы масштабной замены тысяч терминалов, поскольку американская компания использует закрытые собственные разработки.
Стоит разграничивать два ключевых продукта SpaceX. Starlink представляет собой коммерческую сеть для широкополосного интернета, доступную частным лицам и бизнесу. В то же время Starshield — это специализированное направление для нужд национальной безопасности США. Оно обеспечивает защищенную связь и наблюдение за Землей, используя продвинутую криптографию. Если Starlink управляется коммерческой структурой SpaceX, то Starshield находится под прямым контролем правительства Соединенных Штатов.
Параллельно с европейскими усилиями другие игроки также пытаются усилить технологический суверенитет. В Хельсинки и Киеве объявили о создании сети при участии финского оператора Iceye и компании Nokia; пакет помощи по этому направлению составит 300 млн евро, но первые аппараты появятся на орбите лишь в 2028 году. Канадская компания Telesat представила проект Lightspeed, планируя запустить первый из 288 спутников в декабре и выйти на полную мощность к началу 2028 года.
Контекст событий обострился после сообщений об ограничениях в работе Starshield, используемой украинскими операторами дронов. В ночь на 14 октября бывший советник министра обороны Украины Сергей Стерненко сообщил о сбоях связи при движении техники на скорости выше 160 км/ч. Позже ситуация ухудшилась: соединение прерывалось уже на скоростях 60–70 км/ч. Как отмечает Financial Times, это создало серьезные трудности для управления беспилотниками и снабжения подразделений на передовой.
К 16 октября Владимир Зеленский сообщил о частичном восстановлении сервиса, отметив, что параметры скорости возвращаются, но ограничения все еще сохраняются. Позже, 22 октября, Дональд Трамп заявил, что Илон Маск вернул Украине доступ к Starshield. Ранее WSJ сообщала о звонке американского лидера к предпринимателю с просьбой вмешаться в ситуацию, хотя сам Трамп отказался подтверждать факт такого разговора.
Разногласия в трактовках причин ограничений продолжаются. По данным The Economist, Илон Маск мог ограничить Starlink в качестве санкции за атаки Киева на российские нефтеперерабатывающие заводы. Издание The Telegraph предполагает, что инициатива исходила от Маска, а Трамп ее поддержал. При этом сам Маск настаивает, что Starshield — это государственная система США, и правила ее использования диктует Вашингтон. Дональд Трамп отрицает свое участие в этих процессах, а госсекретарь Марко Рубио 18 октября заявил, что официальных распоряжений замедлять работу сети со стороны правительства не поступало.
В Москве на эти события отреагировали критически. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков выразил мнение, что использование подобных технологий в военных целях не является желательным.
